Памяти Марка Дворецкого. Школьные годы. Начало

27 сентября 2016 года
Памяти Марка Дворецкого. Школьные годы. Начало

Фрагмент из автобиографической «Книги для друзей и коллег» Марка Дворецкого публикует сайт РШФ.

– Уже не помню, на какой из дней рождения, но точно – еще до школы кто-то из гостей подарил мне шахматы и объяснил правила. Я немножко играл, даже получил грамоту «Лучшему юному шахматисту пионерлагеря», когда учился в одном из младших классов. Но это было чистым любительством, я не занимался шахматами, не читал книжек.

В начальной школе я много чем увлекался, выигрывал олимпиады по разным предметам, потом долгие годы помнил столицы всех государств, спутники всех планет и т.д.

Особенно любил математику: у нас была молодая учительница, которая поддерживала и поощряла мой интерес. Позднее, когда я учился классе в пятом или шестом, она ушла из школы, поступив в аспирантуру. Нового учителя по прозвищу Горилла больше всего волновали кляксы в тетради, и за полгода он сумел интерес к математике отбить. Чтобы компенсировать возникшую пустоту, я пошел в Дом пионеров Калининского района (это Лефортово, где жила тогда моя семья) и начал заниматься шахматами.

Впрочем, «заниматься» – неточное слово. Вел шахматную секцию старенький шахматист первого разряда Андрей Сергеевич Смышляев. Детей было много, и преподавателя хватало лишь на то, чтобы открывать и закрывать аудиторию, обеспечивать инвентарь, поддерживать порядок, проводить турниры и представлять их результаты в Московскую квалификационную комиссию. Доходить до всего приходилось самостоятельно, а точнее, вместе с одноклассником и другом Сашей Карасевым.

Пятый и четвертый разряды я выполнил быстро, но на этой ступени чуть застрял и решил «позаниматься теорией». В летние каникулы изучал удачно построенную и замечательно оформленную книгу Ильи Майзелиса «Шахматы». Изучал основательно, и времени на всю книгу не хватило – остался неосвоенным раздел «Дебюты». Может быть, именно в этом первопричина тех трудностей, которые я впоследствии постоянно испытывал, разыгрывая начальную стадию партии.

Работа над шахматами, естественно, сразу же принесла плоды. Осенью выполнил норму 3-го разряда (10 очков из 10), а затем и второго (10 из 11). Поучаствовал еще в двух-трех личных и командных соревнованиях, но дальнейшее совершенствование в доме пионеров было невозможным – не хватало квалифицированных шахматистов для организации турнира с нормой 1-го разряда.

И тогда я принял участие в «Спартакиаде второразрядников» 1963 года, проводившейся в московском Дворце пионеров на Ленинских горах.

Ощущал себя провинциалом, чуть ли не впервые выбравшимся на соревнования в «большой мир». Ведь многие соперники жили в этом мире, регулярно занимались с опытными тренерами, мастерами или кандидатами в мастера. Впрочем, особой робости провинциалы обычно не проявляют, не испытывал ее и я. Турнир стал для меня, как ни забавно это сейчас звучит, одним из лучших в жизни и в спортивном, и творческом отношении. Подробнее о нем рассказано в разделе «Соревнования».

После турнира меня вместе с Сашей Карасевым пригласили продолжить занятия шахматами во Дворце пионеров. Начался новый этап моей шахматной жизни…