В эту субботу на шахматной площадке городского семейного праздника в Лужниках все желающие смогут сразиться с непобедимым роботом-шахматистом, созданным отцом 12-й чемпионки мира Константином Костенюком. В преддверии этого события сайт «Москва шахматная» задал несколько вопросов талантливому изобретателю.
– Константин, как к вам пришла идея создать шахматного робота?
– Задумка создать шахматного робота возникла в нулевых годах. Она была вполне очевидна. В последние 250 лет шахматы представляли триединство науки, искусства и спорта. И самые первые вычислительные машины и программы тесно переплетались с шахматами. А когда программы начали обыгрывать чемпионов мира, и возникла идея создать механического супергроссмейстера, играющего за настоящей доской. Плюс вдохновляла знаменитая история автомата Кемпелена.
Оговорюсь сразу, проект такого уровня создается годами и при меценатской поддержке. В то время, когда я работал над роботом, более прагматичные люди писали в фейсбук, твитер и т.д. Наш проект был бы невозможен без поддержки нынешнего президента ФИДЕ Аркадия Дворковича. За что я ему очень благодарен.
– Ваш первый шахматный робот сильно отличался от того, что играет сегодня?
– Самый первый робот получился забавным. Манипулятор был собран из деталей мною лично. Играл медленно, хотя и сильно. Но явно не подходил для блица. А в этом и состояла задача: создать робота-блицора. Поэтому вторым поколением был уже робот на основе промышленного манипулятора. Скорость игры резко возросла, и это уже был гроссмейстер блица.
Сейчас играет уже третья версия робота-шахматиста. С контролем времени 5+0 он играет в силу гроссмейстера из топ-10 блицоров мира. При контроле 3+2 он сильнее любого белкового игрока. Однако без добавления шансы человека вполне реальны, в отличие от игры против программы в виртуальной реальности.
– Какие наиболее запоминающиеся шахматные встречи были у вашего робота? Может, вспомните курьезные случаи.
– Много смешных моментов было и в матчах, и в легких партиях: резкий отскок Александра Грищука, шутка Владимира Крамника (он поставил пешку между клетками, после чего робот «завис» – прим.ред.), панический отказ играть с роботом Магнуса Карлсена и многое другое.